шаблоны для dle, uaBIG.com - инструменты для вашего сайта
 
  
  
Титов: «Моя задача — не конкретное место на выборах»
Борис Титов — о своем участии в избирательной кампании и проблемах бизнеса
 
Бизнес-омбудсмен Борис Титов считает своей главной целью на выборах президента не конкретное место или количество набранных процентов. Важнее — возможность привлечь внимание общественности к проблемам бизнеса. Об этом он рассказал «Известиям» после объявления о том, что собирается пойти на выборы. По словам Бориса Титова, главные проблемы сегодня: незаконное уголовное преследование предпринимателей, высокая фискальная нагрузка и теневой сектор экономики. По подсчетам уполномоченного, из-за сокрытия доходов внебюджетные фонды ежегодно теряют порядка 171 млрд рублей. При этом бизнес-омбудсмен отметил, что не намерен инициировать новую амнистию для осужденных предпринимателей.

— Борис Юрьевич, вас выбрали кандидатом в президенты от Партии Роста. Какого результата вы планируете добиться?

— Моя задача — не место на выборах. Для нас это использование возможности: выборы создают огромную площадку для того, чтобы донести мнение до избирателей. Мы не по кабинетам защищаем свою стратегию, а хотим общественной поддержки идеи, что России нужна новая экономика. Так что выборы для нас — пропагандистский инструмент. Наш главный KPI — не проценты поддержки, а возможность донести до большего количества людей нашу главную задачу.

— Несколько лет назад вы инициировали амнистию для осужденных предпринимателей, благодаря которой были освобождены 2466 человек. Не собираетесь ли вы повторить это в рамках своей предвыборной программы?


— Мы действительно добились освобождения многих людей, но инициировать новую амнистию мы не собираемся. Надо учитывать и то, чего мы не смогли добиться — устойчивости процесса. Тогда мы считали, что амнистия должна идти с законодательными изменениями. Если она не будет сопровождаться кардинальным качественным изменением текущей ситуации, амнистий можно делать сколько угодно, а результата всё равно будет мало. Мы учли это на будущее и понимаем, что прежде всего надо менять ситуацию, не только законодательство, но и правоприменение.

Например, недавно мы предложили программу детенизации — вывода малого бизнеса в легальный сектор. Она включает в себя часть, которую можно назвать амнистией.

Мы просим, чтобы снималась ответственность с малых предприятий, которые работали в «тени», не выполняли закон, а потом решили легализоваться. Для того чтобы снять с них риски прошлого, мы предлагаем их амнистировать по части статей Гражданского и Уголовного кодексов.

— Какие проблемы бизнеса вы можете назвать самыми злободневными?

— На первом месте уголовное преследование. Хотя обращений по этому поводу меньше, чем по поводу административных нарушений, но жалобы на уголовное преследование самые сложные и трудно решаемые. Сегодня мы серьезное внимание уделяем борьбе с незаконными арестами. Пленум Верховного суда четко и ясно дал разъяснение, что если обвинение предъявляется по нарушению, которое связано с предпринимательской деятельностью, то бизнесмен не должен помещаться в СИЗО. Но суды просто игнорируют этот факт.

Мы делаем программу «СтопАрест», отрабатываем каждый отдельный случай. Кое-что удается. За последние месяцы было более 30 случаев по «СтопАресту», когда мера пресечения менялась. Мы решили отслеживать судей, которые идут заведомо против разъяснений пленумов Верховного суда и помещают предпринимателей в СИЗО. Мы будем показывать на них пальцем, обращать внимание общественности на их фамилии.

— На недавно прошедшей в Краснодаре Всероссийской конференции уполномоченных по защите прав предпринимателей вы сообщили, что сейчас в России в теневом секторе работает до 15 млн человек. Есть ли у вас подсчеты, сколько теряют внебюджетные фонды от того, что эти люди не платят социальные и страховые платежи?

— Очень сложно подсчитать, ведь платежи идут с уровня доходов, а на то бизнес и теневой, что все доходы находятся в «тени» и определить их очень сложно. Если считать по средней заработной плате, которая сейчас 38 тыс. рублей, то получится порядка 171 млрд рублей в год.

— И чиновники, и эксперты говорят, что для вывода населения из «тени» необходима налоговая реформа. Вы готовите свои предложения. Расскажете о них?

— Эта работа будет называться smart taxes — «умные налоги». Мы хотим показать, что сегодня новые технологии, цифровая экономика позволяют делать налоговую систему «умнее». Сейчас это достаточно грубый механизм изъятия фискальных доходов в бюджет, независимо от того, сколько реальной прибыли приносит предприятие. Новые технологии позволяют заточить систему на те участки, которые могут дать больше налогов без ущерба для существования бизнеса, где есть излишняя доходность, но при этом снизить фискальную нагрузку на отрасли, в которых и так излишнее налоговое давление.

Мы исследуем доходность и уровень налогообложения по принципу отношения прибыли к объему выплачиваемых налогов. Оказывается, что самые недообложенные отрасли — финансовая, торговая, особенно связанная с продажей и покупкой недвижимости. Для перерабатывающей и пищевой промышленности, сельского хозяйства, наоборот, текущий уровень налогов очень высок.

— Вы намерены отстаивать прогрессивную шкалу налогообложения?

— Будем предлагать это на втором этапе реформы. Первые три года должны быть подготовкой, изменением существующих механизмов. В дальнейшем мы предлагаем новую структуру налогов, которая должна соответствовать новому этапу развития технологий. Мы будем предлагать изменения в налоге на прибыль, прогрессивная шкала возможна, но необязательно по НДФЛ.

— Недавно вы представили предложения по регулированию криптовалют. Будут ли у вас предложения по регулированию ICO?

— ICO — это огромная возможность финансирования проектов. Традиционные методы — IPO, private placement и прочие — за эти годы обросли огромной бюрократией, а объем вложений не соответствует снижению рисков, которое в результате происходит.

С одной стороны, может показаться, что ICO резко повышает риски для инвестора, но, с другой стороны, здесь даже принцип подхода другой. Если IPO можно назвать умными инвестициями, ICO можно назвать народными, когда общественная оценка проекта не в количестве расчетов, сделанных профессионалами, а в отношении людей.

Для нашей страны ICO еще важнее, потому что в условиях санкций никакие IPO уже невозможны, привлечение западных денег наталкивается на барьеры. ICO абсолютно не зависит от политики руководства государств.

Мы предлагаем отрегулировать главные инфраструктурные вещи. Во-первых, определить, что такое криптовалюта. Сегодня это очень растяжимое понятие. Мы отделяем криптотокен и криптовалюту. Регулирование криптотокена должно быть одно, а когда он используется в качестве платежного средства, это немного другое. Там должны быть большие требования, например, по списку регулируемых валют.

Нужно отрегулировать и операционные обязанности на биржах, владение криптокошельками (счетами), обязанность открывать владельца счета. Нужно уходить от анонимности: если ты хочешь легально менять деньги на фиатные валюты, ты должен открыться.

— То есть вы рекомендовали бы сейчас предпринимателям выходить на ICO?

— Выходить на ICO — безусловно. Но чтобы вкладываться в ICO, покупать токены, надо очень серьезно смотреть, чье имя стоит за криптокошельком и за проектом в целом. Инвесторам, которые покупают токены, посоветовал бы быть предельно осторожными.

Инна Григорьева
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Казаков


iz.ru






Дата: 5-12-2017, 09:22
Категория:Мнения
Комментариев: 0 | Просмотров: 261
   ПОХОЖИЕ НОВОСТИ
Информация
 
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.